bp000001429

утромъ, когда онѣ обливаются алымъ блескомъ восходящаго солн­ ца. Громадною стѣною выступили известковыя скалы къ самой Волгѣ и точно любуютсясвоимъ отраженіемъ въ ея синихъ водахъ. Нѣкоторыя скалынеприступны. Покрытая лѣсами, съ извилисты­ ми и узкими долинами, Жегули долго служили безопаснымъ при- тономъ для волжскихъ разбойниковъ, грабивпіихъ цѣлыекараваны. „Сюда-то, на высокіе пустынные берега Волги, въ безопасные притоны собирались выходцы отвсюду. Кто не помнитъ этой кар­ тины, нарисованной Пушкинымъ:.. «Не стая вороновъ слеталась На груду тлѣющихъ костей,— За Волгой, ночью, вкругъ огней, Удалыхъ шайка собиралась. Какая смѣсь одеждъ и лицъ, Племенъ, нарѣчій, состояній! Изъ хатъ, изъ келій, изъ темнидъ, Они стекдися для стяжаній... Здѣсь цѣль одна для всѣхъ сердецъ: Живутъ безъ власти, безъ закона... Межъ ними зрится и бѣглецъ Съ бреговъ воинственнаго Дона, И въ черныхъ локонахъ еврей, И дикіе сыны степей: Калмыкъ, башкирецъ безобразный, И рыжій финнъ и съ лѣнью праздной Вездѣ кочующій цыганъ»... „На Жегуляхъ нѣсколько кургановъ носятъ названіе Стеньки- ныхъ, въ память Стеньки Разина, гулявшаго съ толпою удальцовъ по Волгѣ, между Симбирскомъ и Астраханью... Выѣзжали удалые разбойники на росписныхъ стругахъ (болыпихъ лодкахъ) изъ-за высокихъ горъ, изъ-за темиыхъ лѣсовъ... Самъ хозяинъ (атаманъ) во нарядѣ—во коричневомъ кафтанѣ... подплывали они къ ѣхав- шемупо Волгѣ съ грузомъ судну, цѣплялись кривымибаграми за