СЕНЯ Мы, конечно, пытались примерить на собаку другое имя, более, на мой взгляд, подходящее: Сима, например, или Дуня. Но, что бы я ни придумывала, дети неизменно морщились и просили оставить, как есть. Единственное имя, которое ей подходило как нельзя лучше — Пуля, но на него никто не соглашался категорически. Эта собака, услышав что-то в траве, мгновенно срывалась и с задорным лаем исчезала из вида. Как будто бы Сеней кто-то выстреливал, и эта пуля, этот снаряд, комок неистощимой энергии — Сеня неслась, огибая кусты и махом перелетая препятствия, преодолевая за один такой выстрел немыслимые расстояния. Когда Сеня обнаруживала мышей, она буравила землю лапами, мгновенно вгрызаясь в яму по пояс, только палка хвоста с пальмочкой наверху торчала наружу — бурые комья летели из-под неё во все стороны. Вылезала чумазая, с неизбывной жаждой добычи, неутомимо принималась копать где-нибудь рядом. Тайга её раскопкам никогда не мешала, ей это было неинтересно. Зато овчарка любила сломить тонкую молодую берёзку или осинку — благо их в наших зарослях было хоть отбавляй — и волочить эту громадную ветку, призывая меня поиграть. У Сени довольно быстро обозначилась пищевая агрессия. Видимо, пришлось ей всё-таки поголодать, ко134
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4