мыть огурцов. Строго шикнула на Варьку, приказала никому не высовываться из времянки. Дети прилипли к окошку, во все глаза смотрели, что творится во дворе. Офицер, видимо, приказал умыться, денщик показал летний душ. Бочка железная с краном на одном боку и вырезанной дырой для заливки воды на другом, на деревянных опорах, с лестницей. Фриц разделся донага, никого не стесняясь, зашёл в душ со своим мылом и небольшой кожаной сумочкой на длинных ремнях, которую повесил на гвоздь в углу. Порка сказала, что это наган, а на сестёр прикрикнула: — Что вылупились, срам-то какой! Варька прыснула в ладошку, Машка покраснела, но все продолжали смотреть на это диво: абсолютно голыймужик! Шторку гость не завесил и открыл кран. Вода показалась неприятно горячей, он заорал, денщик опрометью бросился к колодцу, набрал ведро и по лестнице полез долить, разбавить. Руки тряслись, и вода по крутому боку бочки стекала прямо на фрица. Тот опять заорал, толкнул ногой лестницу, полицай свалился вместе с ведром, вскочил, мокрый, испуганный и растерянный, а немец уже спокойно мылил руки и лицо, выйдя изпод бочки. Потом немец опять что-то каркнул — теперь уже два мадьяра, громко хохотавшие над полицаем, поставили лестницу, вылили в бочку два ведра холодной колодезной воды, ещё и палкой перемешали услужливо воду в бочке. 189 ОПАЛЁННЫЕ ВОЙНОЙ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4