жался. Варька подбежала к штакетнику и увидела, как с облаком пыли входят в село враги. Впереди ехали мотоциклисты, два грузовика с брезентовым верхом. Мальчишки не бежали рядом, как обычно сопровождая приехавших, стояли в клубах пыли. Солдаты хохотали, свистели, улюлюкали, целились из автоматов и кричали: «Паф-пуф!» Сзади шли полицаи, стучали в ворота и приказывали всем идти к сельсовету. Варька бросилась в дом, разбудила Катю, взяла за ручонку и отправилась за всеми. Вскоре туда согнали и всех колхозников, оторвав от работы. Варька, увидев мать и сестёр, перебралась к ним — вместе было не так страшно, да и Катьку Наталья взяла на руки. Из кабины грузовика ловко выпрыгнул щеголеватый офицер лет сорока, смуглый, статный. Он что-то приказал, полицаи и солдаты стали подталкивать людей, сбивая их в плотную кучу, ближе к грузовику. Женщины с детьми нехотя повиновались, старики попытались сопротивляться. Офицер выхватил пистолет и три раза громыхнул вверх. Поднялся визг, началась толкотня, заплакали дети. Варька уцепилась за мамкину юбку и дрожала, как от холода. А фриц стоял и легонько постукивал себя по ляжке пистолетом, снисходительно ухмыляясь. «Истый Сатана», — услышала Варька от топтавшейся рядом старухи, которая мелко крестилась, трясясь всем телом. Наконец, толпу оформили и подровняли перед фрицем. Он лающим языком зачитывал бумагу, а учитель 186
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4