На обшарпанном подоконнике среди подбитых горшков с цветами сидела кошка и беззаботно вылизывалась. — Да тьфу тебя! — с досадой плюнул Тим Плошкин, выливая в стакан тёмный осадок со дна бутылки. — Обычная кошка! Сидит против света. Драматург вытер испарину. Они молча допили, заказали ещё. — А знаешь, что? — поэта вдруг осенило — Хочешь, я познакомлю тебя с одной ясновидящей? Она настоящий спец по этим делам… ну-у-у, по всяким, там, кармам, эликсирам и кошкам… Можешь и про сценарий спросить. Вот она тебе точно поможет! Гарантирую! Замётано, едем! Плошкин самодовольно откинулся на спинку стула, чуть не расплескав из стакана портвейн. ТарАск протестующе замотал головой: — Не-не-не, я больше ни к каким гадалкам ни шагу! Ни за что! У-у, нет! — помотал он перед лицом товарища нетвёрдой рукой. Тарелкин не помнил, как оказался сидящим на стуле в тесной комнатке, утопавшей в красном бархатном полумраке. Сфокусировав зрение, он различил неясное свечение, то подплывавшее, то как-то нелепо съезжавшее в сторону. Приятный женский голос вплывал Тарелкину в уши, но что этот голос вещал, понять он не мог. Взяв себя в руки, драматург поднял глаза. «ПрорицаМуха, Ваза и прочие Лошади 103
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4