В стихах китайских приятелей покой, тишина, вино и дружба сливаются и переливаются. Мало было того, что дружили два средневековых стихотворца, нужно было, чтобы через 12 столетий с ними повстречался Александр Гитович, как никто другой сумевший передать дух языка или язык духа. 1997 КОЛЫМСКИЙ ФЕЛЬДШЕР Примерно в конце семидесятых годов XX века довелось мне услышать по радио Би-Би-Си "Колымские рассказы" Варлама Шаламова. Слышимость была плохая, поскольку глушили в те времена довольно крепко. Сами рассказы толком я не расслышал, но имя литератора запомнилось, поскольку стихи под этой фамилией часто попадались мне в журнале "Юность", страстно любимом и читаемом в пору юности. Этот дождик городской, Низенький и грязный, За окном шуршит стеной, Бормоча бессвязно. Запоминающиеся строки, хотя на первый слух и взгляд довольно бесхитростные. Кинувшись в библиотеку, и хорошенько порывшись на полке, обнаружил небольшой сборник "Московские облака". Конечно, в то время я, равно как и почти все любители поэзии, любил в ней острое, кричащее, едва ли не публицистичное. На фоне "стадионной" и песенной поэзии тех лет стихи Шаламова показались мне чем-то слишком обычным, не вызывающим интереса. Мы шагаем без дороги, Хвойный воздух как вино. Телогрейки или тоги, - Очевидно, все равно... - 137-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4