188 189 Суворовский музейный сборник оба горели желанием сделать всё для увековечения памяти великого русского полководца в СССР — благо для этого впервые появилась идеологическая возможность. В середине 1930‑х гг. в советской государственной идеологии произошла резкая смена курса годы — в рамках общей переориентации идеологического курса с мировой революции на построение социализма в одной стране. Именно тогда воззрения Советской власти на роль А. В. Суворова в российской истории резко изменились. После 1936 г. международная обстановка осложнилась, и срочно потребовались достойные примеры из отечественной военной истории, на патриотизме которых можно было бы воспитывать советскую молодежь. Одним из первых вспомнили тогда и Суворова: бывший «контрреволюционный царский генерал, пленивший народного вождя Емельяна Пугачева», вновь стал нужен… К началу 1940‑х гг. советская власть окончательно определилась с выбором основных персоналий из русского военного прошлого в качестве опор новой национально ориентированной государственной идеологии. Образ прославленного полководца, один из немногих, был избран для целенаправленного идеологического воздействия на умы самых широких масс трудящихся, как тогда выражались, и прежде всего советской молодёжи. Наконец‑то советское руководство оценило по достоинству историческое значение деяний этой фигуры, не померкшее с веками обаяние суворовской личности, но главное — в полной мере осмыслило актуальность применения этого идеологического «оружия» именно тогда, в напряжённой и непредсказуемой международной обстановке, сложившейся вокруг СССР в условиях разгоревшейся «холодной войны». Одним словом, советская власть сумела поставить Александра Васильевича Суворова себе «на службу». На первый план теперь выступило рациональное восприятие исторических персонажей — выгоден или нет образ этого деятеля для решения текущих идеологических задач. Отныне в СССР провозглашался «советский патриотизм», который мог опираться только на национальные исторические корни. В стране фактически была разрешена пропаганда русских патриотических ценностей, а она основывалась на формировании как у молодёжи, так и у самых широких народных масс уважительного отношения к героям отечественной истории. По понятным причинам в их число не могли войти государи или деятели церкви и государства. Если говорить об императорском периоде российской истории, то на роль «героев» подходили разве что отдельные победоносные полководцы… Суворовский зал в Артиллерийском историческом музее. Ленинград. Фото 1940 года Музей А. В. Суворова в селе Кистыш в системе Суворовских музеев России и СССР В феврале 1940 г. в Артиллерийском музее открылся Суворовский зал — первый советский музей, посвященный великому полководцу. Это означало полную историческую реабилитацию образа Суворова в СССР и признание его огромных заслуг перед Россией. Вершиной его признания правительством стало утверждение 29 июля 1942 г. ордена Суворова трех степеней, которым награждался высший командный состав за выигранные сражения. Но до воссоздания Суворовского музея в Ленинграде еще предстоял долгий путь, занявший более десятилетия. Понадобилось создать в СССР после войны целую сеть Суворовских музеев и только затем, как венец, стало возможным возрождение центрального музея великого русского полководца в Ленинграде. Начав работать в Артиллерийском Историческом музее, В. Н. Грусланов взялся и, как бы сегодня выразились, готовить общественное мнение к возвращению имени А. В. Суворова в публичное пространство. Для этого в 1939–1940 гг. он организовал целую серию заметок и статей в советской печати на суворовскую тематику. В 1938 г. Грусланов установил связи с местными властями города Новая Ладога (где Суворов служил в 1764–1768 гг.) и села Ундол5 (где полководец проживал в своём поместье в 1784–1786 гг.). Владимир Николаевич рассчитывал и там организовать Суворовские музеи, но успеха не добился; переписка продолжилась уже после войны. Но главным и любимым его детищем в предвоенные годы стало создание в Кончанском первого в СССР Суворовского музея. Технологию создания Суворовского музея, как тогда выражались, на периферии, Владимир Николаевич разработал и применил впервые именно тогда, в Кончанском, и впоследствии успешно реализовывал её в других местах. Она включала в себя несколько последовательных этапов, каждый из которых становился предпосылкой для следующего. Сначала происходила процедура торжественной закладки памятника Суворову, затем предстояло изготовление бюста (в Ленинграде, в Академии художеств) и его доставка на место. Далее предполагалось благоустройство территории и столь же торжественное открытие бюста полководца, и только затем можно было приступать к непосредственной подготовке к созданию музея. Прежде всего, Владимиру Николаевичу нужна была максимальная огласка его дела в печати — как местной, так и областной. Кроме того, на определённом этапе он прибегал к поддержке ленинградской прессы, а иногда старался разместить публикацию и в центральных изданиях. По возвращении Кончанское. Дом-музей А.В. Суворова. Фото А. Скороспехова из набора фотографий Ленизокомбината. Ленинград, 1960 год
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4