271 молчала, плакала. Только нашли свободное место тут, на парковке, собрались выходить, как я ляпнула – и кто меня за язык дернул: «Не беспокойтесь, ваш муж едет следом за нами». Ее повело, едва не дошло опять до обморока, вовремя я спохватилась и придержала, по щекам пошлепала. Выбрались, помогла ей надеть пальто, дошагали мы до врача... – Лин теперь в палате, верно?! Вы запомнили номер палаты?! – Никакой палаты не было, – София почему-то хихикнула. – Женушка у вас боевая, надо заметить. Дошагали до врача, усадили нас на диван, чтоб мы подождали минутку. А ласточка ваша всерьез задумалась о чем-то. «Я валялась на улице, и вы тащили меня к машине в одиночку?» – она спросила. У меня душа в пятки ушла: ляпну, поди, чего-нибудь – и снова предобморочное состояние. Шепчу, дрожа: «Простите, но вас на руках нес мужчина, которого я видела впервые в жизни. И назвал он вас женой». Она молодцом – не пошатнулась, лишь побледнела немножко. Вытащила мобильный из кармана своих джинсов, открыла фотографию какого-то зачесанного фофана. Показывает мне: «Этот?» – Джон! – вслух догадался Мэт. – Вот и я ответила тише прежнего: «Не этот. Другой». Тогда она прихмурилась, всхлипнула, однако с собою совладала. У нее было открыто уже иное фото – ваше, где вы без щетины, в белом пиджаке, белом галстуке, ну вылитый министр! Я сама разглядела, придвинувшись; телефон она пока не поворачивала. «С ним-то я говорила, с этим красавчиком, – поясняю, аккуратно выбирая слова. – Вам сделалось плохо, он поймал мой кар на дороге, но места вашему богатырю не нашлось, оттого условились, что он на другой попутке приедет в больницу». – Из-за обморока Лин забыла о том, что случилось около галереи! – отказываясь признавать данный факт, воскликнул Мэт. – Она все вспомнила, – Софией были произнесены эти слова нараспев, будто строчка из няниной песенки для ребенка, у которого бессонница. Мэт увлеченно кивнул, и рассказ продолжился:
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4