269 взрослом возрасте. Итак, сегодня частных любовных историй пруд пруди, а общая первооснова почему придавлена высоченными стенами, железными занавесами, колючей проволокой? На подобные вопросы проповедники ответят гораздо лучше меня. Я же вернусь к друзьям-кроманьонцам, буду честным перед самим собой и первым кину камень – малехонький, конечно же, камешек – в человека, кто заявит, что, мол, ваша первооснова по сей день миром правит. Она не правит миром, старина, так как первооснова и есть мир! Любовь и есть весь мир! Верхнепалеолитические сапиенсы отлично это разумели, сердцами ритмизируя синхронно Мирозданию, а теперешние, надо думать, нуждаются в пробуждении воспоминаний о Заре Человечества, о Времени Оном, когда наши предки не верили в Смерть без Любви, но верили в Любовь без Смерти, когда первооснова являлась и причиной, и последствием. Снадобье от фрустрации, кладезь смыслов, условие прогресса, фундамент будущего – оно все тут, в объединяющем красном бытии, дорога к которому лежит через воспоминания о прошлом. Люди, нет на Земле той силы, что способна отменить, устранить, уничтожить наши воспоминания, поэтому их актуализируйте – их пробудите! Из музыкального класса высыпала детвора, уже одетая для выхода на улицу. Радостная девчоночка, подбежав к профессору и вручив ему свой увешанный наклейками, значками, брелоками портфель, забрала из дедушкиной руки браслет, чтобы срочно и ловко завязать фенечку на запястье у дедули. Профессор, смеясь, не думал сопротивляться, поблагодарил внучку, но диспозиции на римском циферблате его карманных часов стали тем, из-за чего Франн бывшему студенту начал приносить извинения. Ровно через двадцать пять минут в университетском городке нужно встретить бабушку, надо поторапливаться, а разговор, если на этой скамеечке удастся еще раз свидеться, будет обязательно продолжен – и речь тогда пойдет не о профессорских рубриках, а о жизни достолюбезного собеседника. – У меня к вам единственный вопрос, профессор Франн, –
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4