249 голубчик, закряхтев, нырнул под серпообразную корягу, Мэт – за ним, тут макушка кручи резко разбухла за счет тайной горизонтали, обставленной гастрольными фургонами, в хаотичном расположении которых субъект и его корзина исчезли немедля. Мэт заметил мотоцикл – тот лежал, ничейный, под деревом у неподвижной бледно-хрустальной воды. С других бережков лесного озера за чужаком наблюдали покрытые страшным гримом лица. – Привет, человек, – долетело до Мэта откуда-то снизу: говорила юная горгона Медуза, отдыхая поверх звериной шкуры и наматывая дреды на свои пальцы. – Подскажите, пожалуйста, к кому я могу обратиться по поводу вон того мотоцикла? – К госпоже Марон! – ответил подбежавший поганец в канареечном шарфе. – Иди за мной, я провожу. Минуты через четыре он указал на вход в большущий фургон, а сам жуликовато скрылся. Вместо двери – пестрая штора. Над ней косая табличка с витиеватой надписью. Мэт недоумевающе перечитывал и слушал, как писком детенышей птеродактиля скрипят за поворотом качели. «Театр Теней и Фантомов имени Данте Алигьери. Руководитель – Беатрикс Марон». Прежде чем отодвинуть штору и проникнуть в мрачное помещение, Мэт рассмотрел оконца соседних фургонов; вокруг него не собиралось толпы, но за ним без зазрения совести следили из укрытий – плохо припудренные фингалы, надкусанные шарики-носы, впопыхах нахлобученные парики, вставные зубища, изрезанные уши, тройные подбородки, гнойные фурункулы. Юмористы черного бурлеска, знатоки потешной мистики, странствующие кадавры. Фрик-шоу. Скорее бы решился вопрос с транспортом! Внутри терпкий аромат благовоний повязал Мэта. Рухнув в неудобное кресло, визитер уставился на покрытые морщинами руки темнокожей гадалки, что восседала за полукруглым столом, была замотана в обилие шалей и тотчас – не проронив дежурных приветствий – распаковала колоду и принялась делать расклад. Дым курильниц вместе с общим недостатком света мешали разглядеть в деталях ее лицо, солнечные лучи сюда не
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4