242 дно сумки – кроссовки, комбинезон – средним слоем, пачку сухарей – самым верхним. Сейчас же вверху обнаружились кроссовки, из которых торчали впихнутые и раскрошенные сухари, а на рукава комбинезона, завязанные несколькими узлами, оказалась напялена упаковка из-под сухарей. Тряска либо воровские уловки в транспорте? Нет, ничто из этого не могло наделать такой бедлам... Мэт, хмурясь, затиснул поспешно все вещи обратно в суму. Неужели Монти, пока его гость спал в номере-склепе, забрал чужую поклажу, обыскал, оставил после себя вакханалию и вернул под кровать? Или не он? Глаза Мэта безразлично слипались. Тяжело сидеть и даже прислоняться к стене. Его голова плавно легла на сумку. Попрежнему сновидений не было. – ...И потрудись объяснить, почему ты назначила встречу не у себя дома?! Ты же знаешь, я ненавижу эту собачью конуру! Громкий мужской голос доносился с галереи. Разбуженный Мэт вздрогнул, пытаясь понять спросонья, что происходит. Шаги, стуканья определенно застигли врасплох погожим утром. Он чуть не вскрикнул, когда услышал, кто заговорил дальше: – Джон, ты практикующий психиатр. Разве вот так человеку твоей специальности должно вступать в разговор? Затаясь и выпучившись, Мэт максимально осторожно глянул из-за ширмы: Мелинда сидела на ступенях спиной к малой комнате, а рядом с Лин давил каблуком на самую скрипучую точку крыльца щегол в своем широкополом плаще. Не сон ли?! От такого сюрприза, реального и неподконтрольного, морозец пошел интенсивнее, чем от холодного пола. – Всю неделю где ты была? – У родителей. – И что ты хочешь мне сказать? – Джон... В прошлом декабре профессор очень тактично заставил меня всерьез задуматься. Последние два года моя жизнь... Да что тут описывать, тебе все известно. Лекарства, которые ты назначил, не помогают. Никакие не помогут, я уверена. Бывают ситуации, в каких человеку по-настоящему по-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4