227 ображение инициировало сказочную переделку: рукава галактики дружно выгнулись, и на миг весь диск трансформировался в храмовый купол, под сенью которого замечательные озарения, славные открытия, любые встречи что ни на есть реальны. Над безмолвным шаманским бубном, представляющим собой звездную карту, парил шестой. Задумываться о протяженности бубна некогда, ибо необходимо скорей выискать то место, куда уже прибыли звери-покровители – вознеслись, чтобы там концентрироваться нетленной древностью родовой защиты. Они домчат к Солнечной системе с ветерком. А до Земли – как на крыльях. Седьмой фрагмент, сверхбыстрый, не искал других средств, кроме неисчерпаемого потенциала Всеединства. Нормы, рамки, барьеры – это условности. Едино все, дифференциации иллюзорны. Стоит направить мысль, подкрепленную благим желанием, и холод затерянных пустот в миллионах световых лет от Солнечной системы тут же поменяется на сердечность Плутона. Земля – от него в прыжке. Был зернышком фрагмент восьмой, семечком, из которого в результате космической сингулярности вырос побег энергий. Время, расширение, гравитация зажгли первые звезды на двух молодых листочках. А квазары и группы галактик – уже на добротных ветвях и их бесчисленных листьях. Благодаря процессам в распрекрасных корнях проще простого для сознательной мысли подняться по эпическому стволу и нужной ветви. К тому листу, в каком миллиарды лет движется и дышит бело-желтая клеточка. Тут Земля. Бледная голубая точка. Разве можно с чем-то спутать эту хрупкую и полную истых чудес мечтательницу! Все фрагменты, синхронно увидев ее, объединились в триумфе, восстановили нераздельность сознания Мэта Фостера. Приближение гарцеванием эссенции! По-прежнему не ощущая тело, но не боясь приключений, поджидающих в слоях земной атмосферы, он стихами поздоровался с застенчивой Луной. А ведь так и не грянула музыка. XXI
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4