185 инутым ртом воздуха. Его подхватил господин в бирюзовом и буквально подтащил к постаменту. – Велите новоиспеченному сервилиду открыть глаза. Вьющийся холод поверхности монолита окутал белолицего, бывшего Арцием. Обдал Мэта морозной жуткой свежестью, сразу проникшей в легкие. Благодаря этому заскреблись в парализованном рассудке ужасные порождения горькой правды. – Я пытался, пытался, – зашептал Мэт. Ахатес терпеливо озвучил приказ снова. Мэт что-то выговорил, и сервилид прозрел. – Велите ему встать. После бормотаний повелителя работник поднялся. Господин в бирюзовом, отошедши вместе с обузой чуть назад, поинтересовался у создания: – Ты знаешь, кто я? – Да. Ни бодрости, ни веселости. Голос Говарда и Эдварда, голос миллиардов сервилидов. – Ты знаешь, кто он? Ладонь, что когда-то выпустила доминату, хлопнула Мэта по щеке. Стеклянные мертвецкие бельма проштудировали внешность человека, который в отличие от улыбающегося господина держался на ногах с трудом. – Да. – Ты знаешь, что тебе надо делать? – Да. – Велите своему сервилиду разорвать красные одежды и избавить новоиспеченного от них. Мэт бросил на Ахатеса взгляд, полный мятежа подступивших слез, и спустя пару минут глухо отозвался: – Вы можете ему сами велить. – Побыстрее. Я жду. Говард был подозван. Зверская по смыслу команда, куда впутались паузы и всхлипывания, не оставила никакого удивления или смятения на его искусственном лице. На этой штампованной маске – аналогичная теперь скрывает жизнерадост-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4