вичу о днях учебы, о своих товарищах. Ответа долго не было. «Я даже потерял надежду, что получу ответ, —вспоминал Сергей. — Я знал, что Александр Исаевич сильно занят и не сможет мне написать, больше того, он, наверное, позабыл всех нас... Но какова же была моя радость, когда я получил на свою фамилию письмо со знакомым почерком. Письмо небольшое, но в нем много теплоты и отеческой заботы». «Сережа, милый! Я очень рад был твоему письму. Ты знаешь, я и вообще любил ваш класс, но вас, несколько человек, — особенно. Очень рад за тебя и за Женю, мою любимицу, что вы скоро будете иметь высшее образование. Правда, я знал о вас от Гали Бобровой; которую пару раз встречал в Рязани, потом она исчезла. Еще однажды я здесь встретил Барабанова, я бы его не узнал, так он похудел и вытянулся, —узнал же он меня. Может быть, за это время ты прочел и «Матренин двор» и нашел там «Торфопродукт»? Я уже третье лето подряд все собираюсь проехать на велосипеде в тот край: от нас через Спас-Клепики, дальше на Старково, Овинцы (ты оттуда?) — Демидово, Палищи, Часлицы и в Торфопродукт. Хотел посмотреть на бывших учеников, увидеть и товарищей по работе. Может быть, соберусь этим летом —в июле или в августе. Напиши, будешь ли ты в это время дома. Кто будет еще? Напиши подробнее о себе. Почему ты только на 4-м курсе? Где потерял два года? Куда, думаешь, пошлют тебя работать? Много ли читаешь помимо программы? Или не успеваешь? Хорошо бы и Женя мне написала, если у нее будет охота. Жму руку! А. И. Привет всем нашим бывшим ученикам, кого встретишь». Недавно я ознакомился с рукописью воспоминаний, а точнее статьей Сергея Фролова, которую он, будучи студентом Владимирского пединститута, предложил редакции многотиражки «Молодой учитель». Но ее, в то запретное время на Солженицына, опубликовать так и не решились. Воспоминания же, на мой взгляд, интересны, ЮН. Лалакин 145
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4