стихотворений. Из темноты выплывали разноцветные видения и светящиеся строчки, которые (если тут же не схватить и не пришпилить к сознанию) снова проваливались в темноту. «А черт с ним, с конфликтом: жалко — надо. Написать что-нибудь обо всем об этом. О ликованье и дружбе. Например, я, советский солдат, и в немецком плену. Меня везут через Болгарию.Я проломал дно вагона. Или разбом били состав. Стучусь в затемненный дом. Девушка, как эта Цветана, прячет меня небритого, немытого в тайной комнате. Отец ее — седовласый профессор — лоялен по отношению к немцам. Монархист. Все тайна. С Цветаной, конечно, любовь. Потом болгарские партизаны. Тема дружбы народов, как у нас за этим столом». — Какие есть красивые болгарские имена?— кричал захмелевший Дмитрий захмелевшему соседу Богомилу. Богомил, улыбаясь, отвечал: — Цветана, Лиляна, Блага, Ваня, Багряна, Снежана — А как Снежана уменьшительно? — Снежа. — О, лучшее из земных имен. Да, да. Она будет Снежана. Снежа. Я хочу написать поэму о Болгарии. Богомил радостно кивал, улыбался, тоже не вникнув в смысл Дмитриевых слов или принимая их за дань гостеприимству. «Какая сила,— думал Дмитрий сквозь ликующую, как бы даже солнечную (при лампочке-то сорок свечей) хмельную дымку.— Какая мы все-таки сила! Все боятся нас. Мы — никого. Солдаты Сталина. Мы сильны потому, что мы знаем слово. Маленькое слово, которое для нас закон. И хорошо, что оно у нас есть. С ним проще и тверже. Нет размягчающих колебаний и раздумий. Это коротенькое слово «надо!» Вот о чем должна быть поэма. Все остальное размазня. Даже Болгария — не то. Воспеть. Гимн. Трубы Быка за рога. И его. Средоточие наших помыслов, носителя железного всемогущего слова «надо». «И если он скажет солги — солги, и если он скажет убей — убей». Как жалко, что эти слова написаны уж до меня. Багрицкий понимал. Говорят, во время Сталинградской битвы катерам невозможно было переплыть с того берега Волги на этот. Ну невозможно, и все. Как невозможно, например, одному человеку подбежать вплотную к работающему пулемету. Тогда доложили ему. И он, помолчав, сказал: «Передайте волжским морякам — надо!» Надо — наш закон. Норма 433
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4