В 1736 году в церкви Флора и Лавра произошел пожар, о котором священник Александр Иванов в синодальный казенный приказ доносил: “В нынешнем 1736 году июле 10 числа в вотчине Спаса Ефи- миевого монастыря в селе Петрокове в церкви святых мучеников Флора и Лавра от упавшего свечного огарка на престоле одеяния загорелись, а прочие здания отняли и оттого ныне стало быть служить невозможно...” Ныне существующая церковь построена в 1829 году. Это церковь каменная с таковою же колокольней и оградою». Колоколенка как раз и засветилась из-за леска. По расстоянию, которое мы проехали, по местности, как нам о ней рассказали, мы поняли, что это и есть Петроково — цель нашей нетерпеливой и тревожной поездки. Легко отличить издалека действующую церковь от недействующей, живую от мертвой. Но здесь был особый случай, потому что церковь закрыли совсем недавно, печать запустения и мертвенности не успела лечь на нее. Веселая, живая церковь светилась на золотистом от пшеницы холме. Но мы-то знали, что она вовсе уж не жива и, вероятно, никогда больше не воскреснет. Мы нашли председателя колхоза, представились ему и попросили, нельзя ли посмотреть церковь. — Вы все равно будете из нее все выбрасывать, а нам интересно. Может, попадется книга, может, икона. Если нельзя, то, конечно, нельзя, мы не настаиваем, мы только просим. — Приехать бы вам позавчера, — искренне огорчился председатель. — В чем же разница? 119
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4