дям на глаза. Но тоже — как не попадешься, если колхоз и колхозная работа. Шутки менялись с течением лет. Так, например, в детстве любили остановить Витеньку, мчащегося с прутом по своим мальчишечьим делам, с простодушным видом спросить: — Витенька, ты давно дома не был? — С утра, а что? — еще простодушнее отвечал мальчишка. — Недавно милиционер в ваш дом прошел, ты, случайно, ничего не набедокурил? У каждого мальчишки за душой найдется провинность, на которую можно подумать. Витенька менялся в лице и исчезал. Домой он идти боялся, приходил поздней ночью, либо родители находили его на сеновале в самом дальнем темном углу. Когда Витенька подрос, было замечено, что особенно он робеет с девчонками-сверстницами. Милиционер отошел в прошлое. — Витенька, правда ли говорят, что тебя вчера видели на крыльце с Надюшкой Бариновой? Витенька краснел, начинал ковырять землю носком ботинка, вспотевал. — И будто целовались вы с ней? Ты уж это, в другой раз поаккуратней, чтоб в другой раз никто не видел, а то оскандалил девку, на улицу второй день не выходит, а все из-за тебя. Что переживал при всем этом Витенька, никому не известно. Изощренность пытки состояла в том, что, наверно, ему хотелось посидеть на крыльце и, скорее всего, именно с Надюшкой Бариновой. С возрастом изменилась и эта шутка. Парни, те, что уцелели после войны, переженились. Витенька ходил холостым. По деревенскому обычаю, могли бы сосватать, но Витенька боялся сватовства пуще милиционера, оставшегося в детстве, пуще крыльца с Надюшкой Бариновой, оставшихся в недавних, но все-таки и невозвратных летах. Шутить с Витенькой теперь опасались. Что-то слишком мрачное и тоскливое чудилось иногда у него в глазах: неизвестно, чем выплеснется наружу. В той же 103
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4