И никакими силами невозможно убедить Е. Ме- жевича, что все рецензии вовсе не оттого едины по духу и замыслу, что их направляет одна и та же рука. Она, эта рука, придумана Е. Межевичем для того, чтобы можно было свалить на кого-нибудь вину за свою собственную неудачу в творчестве. Да, вы пишете в романе о правильных вещах, но без поэтического голоса и без поэтического слуха. Можно привести такое сравнение: человек спит, и человек умер. Все как будто бы одинаково, у каждого — нос, уши, руки, все на месте и все одинаковой формы. Но между ними огромная разница, потому что один тепел, в нем пульсирует кровь, а другой — увы... Одного можно дернуть за руку, и он проснется. Другой — не проснется. Человеку можно поставить градусник. А как быть со стихами, не озаренными огнем поэзии: градусника ведь под мышку не сунешь. А иначе доказать ничего невозможно. Поэтому и возникла прозаическая повесть о романе. Нужно заметить, наконец, что глубокое и широко распространенное убеждение начинающих поэтов, будто их не печатают только потому, что они неизвестны и что они не «имена», совершенно несостоятельно. Хорошие стихи всегда и довольно быстро находят дорогу на страницы газет и журналов, кем бы они ни были написаны, если, конечно, стихи эти отвечают духу нашего времени. Следует помнить еще и о том, что каждый из «имен» когда-то не был «именем», когда-то и его никто не знал и ему нужно было напечатать первое свое стихотворение... 84
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4