сильные слова Константина Паустовского принадлежат России. Но Паустовский не относится к тем людям (каковых немало), которые, любя Россию, среднерусское приволье наше, готовы отрицать и охаивать красоту всех других мест, особенно юга, особенно Черного моря. Паустовскому не свойственна эта куцая ограниченность. Признаваясь в любви и истинно любя среднюю Россию, Паустовский любит всю землю, умеет найти прелесть и в дальних морях, и в чуждых, казалось бы, ледниковых нагромождениях гор. И в этом он глубоко, по-человечески прав — всюду прекрасно неповторима земля, всюду она призвана быть источником радости для человека. И душная Колхида, и угрюмое побережье Кара- Бугаза, и субтропический Батуми, и горное озеро, горящее подобно драгоценному камню в оправе из чистейших высокогорных снегов, и тревожный йодистый запах моря — все это бесконечно прекрасно, все это может сделать жизнь богатой и полной, если любить, а не быть равнодушным. Константин Паустовский не равнодушный человек, в этом его главная сила как художника. Конечно, понятие доброты, человечности или, скажем, гуманизма уже входит в понятие неравно- душности, ибо равнодушный человек не может быть добрым, но все же доброту Константина Паустовского надо подчеркнуть особо. Это не всепрощающая доброта, потому что писатель может быть саркастичен, беспощаден к злодей49
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4