новенькое, да сабелек подкупи им с полтыщи штук, не более того, а то срам смотреть... —поизносились шибко!.. Или «просил» прикупить у голландцев немного парусины, совсем чуть-чуть,кораблей на десять, от силы...на пятнадцать! Меньшиков ворчал, но «просьбы» мигом исполнял, —шкура-то дороже! Малой толикой не особо скупился, вдругорядь больше хапнет! Так Пётр гнилушную черту своего друга на службу Отечеству поставил, что говорит о его недюжинном уме, но удивлялся: когда же они все насытятся? Понимая, что никогда, печалился ещё больше: —Это ж на сколько государева казна и прочими чинами разворовывается, если лучший его друг и сподвижник мильонами умыкает?.. Как у всех аппетиты сбавить, честности научить? Да никак! Их вон сколько... —тыщи великие, а он один, поди, ухвати каждого за руку! Но если кого уличал в воровстве, наказывал строго: на кол, конечно, не сажал, но отбирал в два,а то и в три раза больше, чем по его «прикидкам» было наворовано. Бывало, что и с сумой богатея пускал по миру... А толку? —на смену одному вору, приходило десять новых. Так ведь от этого и радость была нежданная: —Это ж какое богатое государство им создано, если стараниями многих государевых работничков до конца опустошить так и не могут? Не велико, но всёж казна из годав годнаполняется... Иное бы царство-государство давно бы уж в нищенство впало, а Русь стоит и не морщится! А если бы не воровали?!. Счастлив будеттот государь на Руси, когда у него мздоимство и казнокрадство изживётся, но когда такое сбудется, и самому Господу неведомо... Впрочем, не умея найти управу на тёмные и грязные делишки своего начальствующего люда, государь по-иному рассудил: —А и пустьворуют!Всё равно отберу!. Кто отдавать воспротивится —того на виселицу... иль на кол... а когои Сибирь дожидается.. Но не позволял Пётр этим мыслям долго жизнь свою печалить, и без того забот полон рот, а много и хорошего впереди виделось: —Вот Катерина —совсем другое дело: вроде, как и Меньшиков— из не имущих сословий, а, надо же, богатство ни в грош не ставит!.. Тряпки, конечно, как и все бабы, любит, но не сказать, чтобы уж слишком. Может и в одном наряде два бала посетить... —и хотя Пётр в дамские дела Катерины не суётся, но однаждыслега попенял: —Ты у меня, Катенька, есть первая дама на Руси. На балах тебе быть предстоит самой нарядной... 88
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4