Каких только слов матерных не наслышался воевода бывший всего Ярополья —Михайло Павлович Иванов!Казалось ему до того, что всё уже на слуху, нового нет более ничего... Да куда там!.. Никон такие «коленца» из словес выкидывал, что впору на бумагу записать да внукам передать, чтобы никогда не позволяли себе таких утех! Но устал, наконец, Никон, тоже ведь не мальчик давно: второй полувек не вчера начал. Сел... Успокоился: - Ладна, приедут в Москву, разберёмся, где орехи растут, а где бараньи рожки жмут... —К свадьбе, говоришь, красавица удела нашего, царского, готовится? За вязниковца идёт?— Встал, ушел в боковую комнату и скоро вернулся. —Вот, Миша, передай раскольнице юной с ея мужем, геройским вязниковцем. Скажешь... —лично от меня. Не стесняйся. —И положил перед Михаилом два золотых нательных крестика, каждый стоимостью с добрую корову, а то, гляди, и лошадь! —А это... тож лично от меня подарок настоятелю ярополческих храмов отцу Илии. Скажи: «Благодарюза службуБогу, царю и Отечеству...» И перед Ивановым на стол лёг червонного золота крест, в центре которого алмаз вкраплен. Крест большой —трёхвершковой длины, выполненный явно с намёком на троеперстное осенение. «Возможно, просто совпадение: три вершка —три перста, —промелькнула почти крамольная мысль у Михиала, которой он тут же и устыдился. —Золотых дел мастера льют кресты разнообразные, этот получился таким —никто о размере и думать не думал, как отлили, так и отлили...» И вновь мыслишка промелькнула вполне земная, а за ней уже более капризная трепещет в голове старого москвича, влюблённого в Вязники: «Ох, неспроста Никон крестами из злата чистого разбрасываться начал... Чует кошка, чьё мясо съела... Знает вину свою в крови пролитой... Вот и не сумел избежать рек слёзных...Откупаться потихоньку начал... —Но вновь сказал совсем не то. что думал, а то, с чем пришел к Правителю: —Спасибо тебе большое,Никон, за то, что в великих делах своих царских и патриарших нашёл ты для меня, старика немощного, час времени своего бесценного. Уходяот тебя в полом своём удовольствии от твоих дел-свершений многотрудных, хочу обратиться к тебе с просьбой великой. О народе Ярополья пекусь, не о себе. Ежели не иду я вразрез с твоими мыслями, то отпиши в Ярополь Чаадайке, пущай он раскольцев ни 47
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4