трех попов-содельников да его же бабу, помогавшую верховодить. Но отказались от кострища и сами руки подали на увязание, да и в острожные келии ладком подались. Теперь та краса-раскольница под венец собирается с рыбачком тем молоденьким. Говорит, что веросповедания она православного, в каковом и будущий муж ея исповедуется! Святые образа она почитает, да и сам ход Господней службы ей очень люб. А ещё она сказала, Никонушка, разумную, прям-таки, зрелую не по годам её истину: что раскольники прозывают «щепотью»троеперстие наше, сиречь Святая Троица.. - и что это совсем никому не в обиду. Если «щепоть», то значит,соль держим. Но и пот наш солён, и слёзы- что от горя, что от счастия - всё едино солоны. И землица наша соль имеет. Не зря лучших из нас солью земли прозывают. Такнам ли той соли стыдиться, коли от земли питаемся, в нея же и телом бренным уйдём, лишь душа бестелесная в небо умчится... Никон головуопустли, слёзы ручьём из глазльются, и непонятно Михаилу Павловичу: «...то ли его Святейшество сожалеет о бойне кровавой, им же самим на Руси учиненной, то ли, наоборот, гордится простым народом, что с ним за правую веру на бой с отступниками пошёл? Пойди, загляни в душу патриаршию... Не пустит!..» Но чтобы не оставлять недосказанности на сердце своём, изболевшем о дальнейшей судьбе любимых своих Вязников, старик продолжил сказание о вязниковцах, в надеще на рассудительность собеседника: - И нет удивления в том, что скрыли вязниковцы от комиссии твоей высокой энту самуюраскольницу, не выдали...— и определили в вязниковочку! Испугались полковников да бояр московских: а вдруг девчушку —в кандалы, а там Сибирь ей светит... Взялисиротинушку да, как котёнка в корзинке, и повезли, сами незнамо куда энти люди взрослые... А мои спасли... Теперь к свадьбе готовится спасительница земляков своих, кои тоже, кто по глупости, кто по недомыслию, сорвались в скиты от родных мест, о чём очень сожалеют и милости твоей ждут, Патриарх всея нашей Руси!.. Старик смолк и лишь горестно вздохнул... Никон подскочил вдруг, как пчелой в мягкое место ужаленный, по зале своей огромной скорыми шагами заходил-забегал: —Тати, сволочи и б***, мною не утопленные, с моим же народом меня рассорить хотят! 46
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4