—Ничо, Государь, умелые руки. Давай к нам в бригаду! Государь хохочет: —С условием, что ты на моё место! —Не-е, не потяну... —отнекивается мастер, да и баба не отпустит. Ты же по три месяца дома не бываешь. Моя развод у попов клянчить начнёт... —Надо же!.. —смеётсяцарь, —напугали ежаголой * * * !Другую найдёшь! Я ж нашёл!.. - обнял мастера, дальше пошёл. С того памятного дня вот уже три века прошло, а в Питерской семье Звонковых по сей день легенда жива, как их пра-, пра-, пра-, пра-, прадедушка с царём совместно коника-игрушку вырезали да чуть должностями не «махнулись»! Зашли в покрасочный цех, государь и рот от удивления открыл. Он бы меньше удивился, если в этой комнате бабы голые на военных барабанах играли... А тут увидел: девчушки маленькие, от семи до пятнадцати лет, числом не менее двадцати. Все чистенькие, ухоженные, иные даже с бантиками в косичках, но многие и в краске извозюканные —и все рисуют: кто в альбомы, кто прямо на готовых игрушках. Гвалт, конечно, детский стоит, как на восточном базаре: кто-то спорит промеж собой, кто-то тихо беседуетс «коллегой», некоторые, язычок от усердия высунувк, рупные игрушки разрисовывает, глядя в эскиз на специальном пульте... —очень творческая атмосфера. На царя —ноль внимания. Подумаешь, дядьки праздные пришли, только работать мешают! У Петра Алексе вича слеза умиления по щеке поползла, но кому- то вдаль кулаком грозит: —А говорят - народ учиться не желает. Так ты учёбу-то наладь, создай условия, а потом трынди! Татищев замечает: —Читать и писать учим. Наши детишки и есть будущее нашей верфи. Государь лишь языком от удовольствия чокает. Из «детской»в вёсельный цех, что напротив, перешли. Вцехе —двадцать станков на ременной передаче. Они из длинного бруса первичную заготовку весла выполняют. И ещё установлено тридцать пар подпорок, на коих из первичной заготовки мастер выстругивает и отшлифовывает до полной готовности весло. 328
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4