—Чёрт! —ругается Пётр,— знал: много строишь... Но чтоб так много? Татищев на Николая рукой указывает: —Его, Государь заслуга. Развернулся. Суткамииз цеха не уходит. Пришлось начальником цеха поставить —и справляется... Пётр Алексеевич на Николая взглянул —в улыбке расцвёл: —Тебе, медведь вязниковский, - два «спасибо». За шлюпы — само собой. А вот второе, - за обучение военморов твоему знаменитому «кульбиту». Обучил «Штандарт» —а мы по всему флоту распространим. Не слышал разве, как на реке я орал тебе? —Давай, Колька, давай!?. — Государь улыбнулся: —Охрип даже! Николай только застенчиво улыбается. —Ачто, Юрьич, не зря, значит, мыс тобой его в Гол андию с его «бандой» не пустили? Вот и сгодился! —тычет Государь в бок корабела. —Не зря, Государь!Сгодился!..—поддакивает «Юрьич». Вдруг Пётр Алексеевич к Николаю вновь обернулся: —Ты, Никоал, здесь не засиживайся. Хватай свою ватагуи домой дуйте... —там, на Клязьме,мне верфь отстройте. Татищев как-нибудь без тебя управится, не пропадёт. А тебе помощь окажу —не «сумле- вайси»! Пошли в игрушечный цех. Чуть не все игрушки пересмотрели, едва ли не на зуб пробовали. Особо восхитились сравнительно молодые ещё царские конторщики. Татищев удивился, что они про магазин их ещё не прознали, туточки рядом, за углом. Государь всем мастеровым «молодцы» сказал, а сам по сторонам зырк, зырк! Организацию труда проверяет: инструмент весь отлажен, отточен, аккуратно по верстакам и полочкам разложен — порядок, любо-дорого взглянуть! Прям, как за границей, где пршлось ему на плотника учиться. Не утерпел, резачок острый взял, конику гриву вырезает, да и мастеру, у которого работу перехватил, подмигивает: —Не боись! Коль испорчу —тут же и выкуплю«товар», в накладе не окажется!. Аузор-то у царя ровненький, правильный. Царь мастера спрашивает: —Ну как? 327
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4