—Готовя, Пётр Алексе вич. Да не о том волнуюсь. Сейчас мои парни, именно те вязниковцы, что тебя прошлым летом здесь удивили, вновь собрались тебе чудеса шлюпочного хода показать. За то и волнуюсь, да так, что пред первой брачной ночью такой лихоманки не было. Старею! Грянула пушка,смолк оркестр - Регата началась! И всё. Больше Иван Юрьевич ничего не помнит. Люди вокруг. Лодки на Неве. Солнышко вдруг, в кои-то веки выскочившее из-за питерских туч... Ничего уже не видел и не слышал старый корабел. Лишь разум его шептал: «...вот ребята на левый борт все насели, и шлюп... - кувырк!..» Самаякороткая страховка —у Николая, чуть длиннее —у Олега, потом верёвочка ещё чуть длиннее, затем, наоборот, всё короче и короче —и никто в них не запутается, всё отрепетировано. Вот парни вылезают из воды на киль, Коля и Вовка по краям шлюпа машут флагами...» Вдруг Татищев из какого-то далека услыхал восторженный вопль Петра , который, собственно, его же и тряс, как садовник грушу: —Ай да молодцы, засранцы!.. Что творят, что творят!.. Шлюп пузом вверх... и флаги, ай да ай! А-а-а-а!.. Но Татищеву разум дальше диктует: «..змейка оканчивается, давай, давай Коля, верёвицу отцепляй.. Помчались военморы, развора- чиваюся, якоря бросают, помчались и «Орлята». Ближе, ближе шлюп на якорях. Какая-то баба на берегу в полнейшей тишине вдруг заорала, Татищев еле услышал громкий, истош- шённый вопль: «Господи, щас шандарахнет!!!» —Коля, Вова!.. Флаги, флаги готовьтепередать.. Коля! Считай!. — 4!.. 3!.. 2!.. 1!.. Начали!!! Тяни!Толкай! Готово. Разворот! И вновь Петра вопль: —Майн готт! Повернули! Ух!.. Флаги!.. —шикарно!!! И вот к трибуне Николай и гардемарин чётким шагом ведут в едином строю всех своих гребцов. Не доходя до трибуны десять саженей, строй гребцов начал чётко, веером, расходиться по одному на два шага и выстраиваться в шеренуг.... Всё чётко, слаженно, как и подобает военным Русской армии! — Экипаж, стой, ать-два!— чётко командуютгардемарин. 323
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4