Одна женщина сказала, что ткёт хорошо, другая,скромно потупя головку, про тульский пряник заговорила: она, де, лучше всех в округе его испекает. Сам Демидов по праздникам ей корзину пряничков заказывал. —Ну, а вы, пострелята, все рисовать умеете? —обратился к детишкам их хозяин новый. —Да, дедушка!Умеем,любим!.. —загалдели дети. —Славно, славно, -- почему-то похвалил детей Иван Юрьевич,— хорошо это нам. Тётя Юля всех проверит и, может, выберет кого... Дети никакой тёти Юли не знали, и что такое «проверит» тожене ведали, но дедушка так ласково говорил, что они и не испугались вовсе. В телегу, запряжённую парой добрых коней, загружены уключе- ны, в мешки ссыпаны и две катушки тончайшего проката меди,ещё и прут металлический —толстенная связка, длинною в полторы сажени. Всвою пролётку Татищев пуда три коротких полозьев металлических погрузил —на верфи металла не хватало всегда, а уж про пруток и говорить нечего, всякий аршин экономили. Двум конным солдатам-охранникам сказал: — С Богом, сынки, поехали!.. —и небольшой обоз тронулся в направлении московского тракта. Два дня пути... —и прибудут в Москву. Тамдень-другой отдыха - и далее, до самого дома в столицу, около двух недель потратят. А летом тепло, светло и мухи не кусают.. —«ляпота!..» Вхорошем настроении Иван Юрьевич покидал Тулу. Стародавняядружбас семьёй Демидовых и на этот раз проверку на прочность прошла. Знакомство-то они давно держат,ещё с тех давних времён, когда Татищев услугунебольшую старшему Демидову - Никите —оказал. Дело было в далёком 1695 году. Никита приехал в Москву аудиенции у царя добиваться, хотел высочайшее повеление получить на строительство литейных заводов. Руды много в Туле, а копать нельзя... — царские земли. Молодой Пётр тогда Азов брал, да не совсем удачно. Никита ждать царя устал. Никто ему не говоритб: удет, не будет... —кто ж его знает? А Татищев знал, да и шепнул Демидову: —Пойдём в Кремль, завтра будет, —и переговоришь. Демидов при царе церемониться не стал, правду-матку и залепил: 298
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4