34 колесницу, пытаясь остановить и обернуть назад ее торжественное шествие. Духовенство в настоящий момент такими данными, как вождь, не обладает. В этом надобно сознаться. Если принять во внимание его довольно высокий, по крайней мере номинально, уровень культурности, то мы являемся свидетелями довольно странного зрелища. Многочисленное сословие, обладающее недюжинными умственными и нравственными силами, не лишившееся еще прежнего обаяния и авторитета, уклоняется от неотложной созидательной работы настоящего исторического момента. Вот теперь всюду идет лихорадочная, спешная подготовка к первому торжественному экзамену зрелости для русского народа, к первому созыву Государственной Думы. Здесь‑то особенно ценна и дорога была бы культурная работа духовенства. Здесь для священника открывается широкая перспектива деятельности и как пастыря-печальника о нуждах пасомых, и как гражданина, честно выполняющего свой долг пред Родиной. Кому лучше, как не сельскому, например, духовенству знать потребности и заветные чаяния деревни? Кому естественнее всего направить народные страсти и требования от ужасов, погромов, насилии и убийств на мирную дорогу защиты своих интересов чрез выборных в Думу, будущую хозяйку и вершительницу судеб страны? Но духовенство, повторяю, молчит. Да не только молчит, а положительно сторонится от всего, что может втянуть его в вихрь политической современной жизни. – Не знаю положительно, что делать мне с прихожанами, – печаловался при мне недавно один сельский батюшка: – мутятся, колобродят. – Что‑то таинственное,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4