35 непонятное совершается с ними. Уважения, почтительности прежней к сану нет. Кстати тут отовсюду известия о погромах, грабеже поместий. Ой, как бы не было беды. – А вы попробовали бы с ними по душам, как пастырь, говорить, разъяснять происходящее, подготовлять к будущей политической работе, как полноправных граждан: растолковать сущность движения и возвещенной зари свободы? – Ах, что вы! Да разве с мужиками на такие темы говорить можно? Нужно от них дальше, дальше, батенька мой. Ко мне недавно несколько человек явилось, – были и бородатые, – просят газеты почитать. «Лучше бы вы почаще в церковь ходили, говорю, да слово Божие слушали. Это куда как крепче». Так вы думаете что? Повернулись, слова не сказали, и — марш из комнаты. С тех пор ни один не кланяется. Поживите-ка вы с ними, попробуйте молока шилом, а то хорошо в теории‑то бобы разводить. Это лишь небольшая, наудачу выхваченная стенографическая запись современных разговоров. А такие мнения и речи среди духовенства, без преувеличения говоря, преобладают. Небольшая кучка сочувствующих проблескам свободы и света и хоть немного старающихся разогнать предрассветную тьму теряется в громаде совершенно равнодушного инертного большинства. А работать так необходимо. Работать спешно, не покладая рук. Несчастная родная страна терпит неимоверные муки рождения в новую жизнь. Костры горящих имений, реки братской крови, разнузданность страстей и дикий произвол заливают широкой волной Родину. Нужны скорые действительные средства. Нужно радикальное, немедленное лечение назревших и прорвавшихся
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4