Мы с интересом ждали, какое будет решение. Председатель поступил сурово, но справедливо. Мясо пропало единственно из-за халатности двух людей, и, значит, стоимость его будет взыскана с них. За это, пожалуй, и с работы стоило бы снять. Ведь дело не в стоимости коровы, а в отношении этих людей к общему делу. Дела в колхозе шли неплохо. Впрочем, поправляться они начали с 1954 года, с приходом этого председателя. Было так, что из развалившегося свинарника ночью разбегались последние свиньи. «А теперь вот новенький на тысячу голов!» Колхозники приходили просить хлебушка, хоть какого-нибудь, да дай. «А теперь какого-нибудь не хотят, дай пшеницы!» Начал Киреев поднимать колхоз с животноводства. На последние деньги купил пятьдесят голов скота и все силы бросил на сохранение телят. План удался. Хозяйство набрало силу. Давно мы хотели поинтересоваться, как на деле проходит планирование снизу, о котором так часто упоминается в газетах. — Все зависит от председателя, — ответил Киреев.— Робок председатель, боится районного начальства, значит будет делать, что ему скажут. Потверже — снизу линию поведет. — Но при твердости возможно теперь снизу линию вести? -- Как же. В постановлениях прямо говорится: развязать инициативу колхозников, а с местным районным начальством, конечно, самим приходится воевать. Были у меня случаи, судите по ним, можно ли проводить планирование снизу. В первый год, как я пришел, запоздали семенной клевер убрать. Он осыпался, самопсд- сеялся. Можно понять, что на другой год здесь хороший клевер уродится. А мне говорят: «Нужно это ноле перепахать». Я говорю: «Не буду», А мне говорят: «Перепахать». — Кто говорит? — Девочка, так лет девятнадцати, из МТС. Наш агроном ее сторону занял. Как мне быть? Вспомнил, что дело-то колхозное решаем, а не наше с агрономом. Если бы и раньше почаще про это вспоминать! Собрал 120
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4