сивые глянцевые корочки от старинной книги, уже обтрепавшиеся по углам, не торопясь, раскрывал эти корочки, перебирал лежащие там письма и говорил: — А ведь тебе, гляди, чего-то есть! А я уж жадно, на лету схватывал глазами мелкие почерки на конвертах, стараясь узнать знакомый. Потом он брал табачку «на дорожку» и уходил в село разносить по домам радость ли, печаль ли, но больше, конечно, радость, ибо кто не обрадуется весточке с дальней, чужой стороны! Как-то я подсчитал, что Егор Михайлович, обходя каждый день девять деревенек, прошел не меньше ста тысяч километров, то есть, значит, два с половиной раза обошел он земной шар по многострадальному экватору, незримо опутанному и проволокой, и тканями, и рельсами, и автомобильными дорогами, и чем только не опутанному в неугомонном человеческом воображении! Свое дело Егор Михайлович любил и, когда немножечко выпьет, начинал убеждать сидящего рядом человека, кто бы этот человек ни был: — Нет, ты мне не говори, я знаю: почта-связь — ве-е-ли-ко дело! — И, зажмурившись, как бы мысленным взором окидывая, всю систему почты-связи, добавлял:— Крепко, крепко! Надо ли удивляться, что Егора Михайловича за глаза звали не по имени-отчеству, а именно «почта- связь», в чем не было ни пренебрежения, ни чего- либо обидного, но была одна симпатия, может быть, несколько ироническая. — Вот погоди, «почта-связь» придет, купим у него конвертов. — Что-то не видно сегодня «почты-связи», не зашел ли к кому в гости? А Егор Михайлович, дождавшись очередного праздника, снова многозначительно поднимал кверху указательный палец и негромко и покачивая головой от благоговения и от чего-то, как бы ему одному известного, говорил: — Почта-связь — ве-е-лико дело... Крепко... Крепко!.. 11* 171
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4