за спиной которого висел автомат. Человек часто и тяжело дышал, — видно было, что он пришел издалека и очень спешил. — Кто он? — спросили мы у Зеи. — Его зовут Адем Зюмери. — Откуда он? — Из деревни Бузуит, что в восьми часах отсюда. Он узнал, что приехали два советских человека, что они будут близко от границы, и очень спешил. — Да зачем же? — Чтобы охранять и в случае чего защищать вас. Видите, он с автоматом. Мы твердо знали, что помощь Адема Зюмери не понадобится, но все равно были благодарны этому крестьянину-албанцу, шедшему по доброй воле восемь часов «защищать» двух незнакомых ему людей только за то, что они советские. На обратном пути заехали на Скутарийское озеро. Хотели было искупаться в нем, но уже у самого берега начинались водоросли. Желания лезть в воду и путаться в водорослях не было. Поехали домой, в Шкодер, отдохнуть, набраться сил. Утром предстояла далекая и тяжелая поездка в североалбанские Альпы. Кроме всего прочего, Романыч должен был привезти в Москву цветную фотографию на обложку журнала. Все время он искал выразительное лицо молодой албанки. Красивых лиц попадалось много, но в каждом чего-нибудь не хватало. Одно дело, когда на обложку ставится портрет человека, заслужившего этого своим трудом. Тогда не важно, если возле его глаз морщины, а взгляд несколько усталый, а лоб, к примеру, не совсем правильной формы. Теперь мы искали именно молодое красивое девичье лицо, которое олицетворяло бы всю красоту, виденную нами в Албании, всю молодость республики и ее цветение. Лицо должно было быть и нежным и не лишенным черт мужественности в той степени, в какой это возможно для девичьего лица. Оно должно быть еще и таким, чтобы, глядя на него, 240
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4