1 3 2 Пронеслись мимолётные грозы Ильбар Юсуфович, кроме огромного актёрского дарования, был наделен необыкновенным даром любви. Его большие карие, выразительные глаза всегда полны теплотой, светились доброй энергией. С какой любовью и подлинным интересом к человеку он находил для каждого в театре идущие от сердца слова одобрения, поддержки. Мог быть озорным, вовремя пошутить, разрядить обстановку. Своим присутствием, взглядом, словом охранял хрупкую, возвышенную, творческую театральную атмосферу. Всегда был далек от театральных интриг. Работал во многих театрах, знал многих выдающихся театральных людей, помнил множество театральных историй... В одной из своих статей о театре я не случайно назвала его добрым сказочником, театральным Оле Лукойл, хранителем театральных легенд. Ильбар Юсуфович заслуживает нашей благодарной памяти как никто другой. Его жизнь — без преувеличении священное служение искусству, полнометражная картина нашей эпохи. Он великолепный рассказчик. Порой сочинитель: хотел написать пьесу. Прекрасно рисовал. Возможно, сохранились декорации, нарисованные им для спектакля по пьесе писателя Сергея Никитина, в котором он играл вместе с народным артистом России Евгением Евстигнеевым. Жил театром, хотя всегда лукаво говорил, что в театре он случайный человек... Незадолго до своей кончины Ильбар Юсуфович принял христианское крещение. Предоставим же ему слово. О себе Я сын врага народа. Помню себя лет с трех... До пяти лет жил с бабушкой в городе Коканде, Узбекской ССР. Бабушка у меня была «мамой», дедушка — «папой». Вдруг приехала какая-то женщина, меня целовала, а я от неё убегал. Она меня ловила, а я убегал. Самое счастливое время —там. Мы жили там со старшим братом — Равилем —прирожденным художником! Жили там дядья —я их любил —Алеша (Али), Махмуд, Усман, Косым (Костя) — братья мамы. Боже мой, вдруг меня увозят из дома!
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4