9 ° очень благоразумно. По крайней мѣрѣ могу ли спросить, какого цвѣту у нее волосы?" х—Я право не знаю, отвѣчалѣ отецѣ: а есгяьли бы и зналѣ, то не могѣ бы по условію сказать тебѣ. Мы дали другѣ другу слово не касаться такихѣ подробностей.— "Такѣ и быщь! я буду воображать себѣ Камиллу вмѣстѣ сѣ -пріятностями бѣлокурой и темноволосой красавицы, чтобы не обмануться ни вѣ какомѣ случаѣ." Воображеніе, какѣ извѣстно, есть великой живописецѣ, особливо же вѣ головѣ шестнад- цатилѣпгаяго пустынника. Вѣ одну ночь готово было двадцать портретовѣ Камиллы, ж самой лучшій казался ему самымѣ сходнѣйшимъ,. Вставѣ рано поутру, онѣ тошчасѣ напи- салѣ кѣ ней письмо, но такое пламенное, такое мечтательное, что отецѣ, прочитавѣ его сѣ улыбкою, изорвалѣ, и далѣ ему совѣтѣ, какѣ надобно умѣрять излишній жарѣ вѣ словахѣ, особливо когда мы пишемѣ кѣ молодой, невинной дѣвушкѣ. Ремонѣ вздох- ыулѣ, задумался, сѣдѣ и написадѣ слѣдующія строки: "Милостивая Государыня! "Когда одному молодому, дикому человѣку, "который подобно мнѣ назывался Ипполи- "томѣ (*), исполнилось шестнадцать лѣтѣ {'■) См. Федру, Расинову трагедію.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4