тельницы: все обыкновенно и просто; однакожъ она пріятна." Тутѣ подали матлотЪ, который показался намѣ очень вкусенѣ; а послѣ ужина любезная Батильда должна была удовлетворить нашему любопытству и разсказать свою повѣсть, Попавшись вѣ неволю кѣ Татарамѣ, сказала она, я сЩараласы—и, слава Богу! умѣла сохранить вѣ душѣ своей два чувства: стыдливость и набожность. Хотя и не имѣла еще яснаго понятія о предметѣ ихѣ, но знала то, что по закону Божію и благопристойности мнѣ не должно было позволять никакому мущинѢ, кромѣ мужа, обходиться со мною вольно; и что мужемѣ моимЬ могѣ быть одинѣ Христіянинѣ: вотѣ правило, которое спасло мою невинность! "Невинность, сказала Аделаида, невинность вѣ неволѣ у Татарѣ! —Правда, что и корыстолюбіе того разбойника, которому я досталась на часть (продолжала Батильда), способствовало моему спасенію. Онѣ почи- талѣ меня драгоцѣннымъ камнемѣ, хотѣлѣ сберечь до случая — взялѣ, посадилѣ сѣ собою на лошадь и пустился какѣ изѣ лука стрѣла. Признаться ли вамѣ? Не смотря на свое отчаяніе, на ужасную сердечную тоску, я боялась еще., . упасть сѣ лошади ! Кричала , плакала ; звала кѣ себѣ на помощь батюшку, и вѣ то же самое Бремя , по
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4