21 котораго душа наказывается за какую ии- будь слабость, можетѣ быть очень извинительную."— Видя, что система его привела меня вѣ удивленіе, онѣ взялѣ на себя трудѣ изѣяснить ее. "Мой другѣ! естьли душа по смерти человѣка найдется не совсѣмѣ чистою, то она вѣ наказаніе должна переселиться вЪ тѣло животнаго, котораго характерѣ подо- бенѣ ея характеру; потомѣ, очистившись отѣ всѣхѣ дурныхѣ свойствѣ, возвращается она вѣ человѣческую сферу и входитѣ вѣ тѣло новорожденнаго младенца." Такая система была бы очень утѣшительна, сказалЬ я, естьли бы человѣкѣ могѣ помнишь то, что былѣ; но забвеніе пересѢ- каетЬ, кѣнещастью, нить бытія, и такимЪ образомѣ каждая перемѣна производитъ новую душу и новаго человѣка.— Онѣ выслу- шалѣ меня, потупилѣ глаза вѣ землю, и ска- залѣ: "Возраженіе твое показываетѣ, что ты принадлежишь кѣ числу невѣрующихѣ. Оно тронуло меня до глубины сердца. Я не сдѣлалѣ тебѣ никакого зла, а ты хочешь отнять у меня сладкую вѣру: Богѣ сѣ тобою!"—На другой день онѣ меня продалЬ, Алжирской Дей желалѣ имѣть невольника, который бы зналѣ разные Европейскіе языки: меня купили для него. Онѣ былѣ вѣ нѣко- торомѣ смыслѣ рѣдкой человѣкѣ: никогда не бралѣ на себя труда мыслить, любилѣ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4