имущество. Ты конечно не сомнѣваешься вЬ моей дружбѣі и Валерія конечно не огорчится твоимЬ успѣхомѣ. Надобно, любезный другѣ (отвѣчалѣ я), чтобы она согласилась еще вѣ другой разѣ притти вѣ бесѣдку * и позволила мнѣ обѣ- явить мои чувства. Хочу безѣ свидѣтелей говорить сЪ ея сердцемѣ. Жизнь моя отѣ того завиеитѣ — ты видѣлѣ. Возвративѣ ее мнѣ, желаешь конечно и сохранить. И такѣ уговори любезную Валерію, и не сказывай ей, что за нее сватается другой женихѣ; Валерія исполнила прозьбу своего брата; и сама Тереза, узнавѣ мое намѣреніе, согласилась оставить насѣ на свободѣ; — Я при- шелѣ одинѣ, она также: вмѣстѣ еѣ окномЪ растворилось для меня небо. Горестная любовь, вѣ надеждѣ быть утѣшенною, еще новыми прелестями украшаетѣ милаго намѣ человѣка. Никогда Валерія не казалась мнѣ прекраснѣе; она явилась какѣ звѣзда, которая вѣ часѣ кораблекрушенія возвращаетЪ надежду мореплавателямѣ; Никакими словами, сказалѣ я, не могу выразить того утѣшенія, которое нахожу вѣ вашемЬ присутствіи. Но какѣ сладостно видѣть васѣ, такѣ горестно не видать; такѣ мучительно безѣ милаго предмета считать минуты, не находя возможности ускорить ихѣ теченіе.... '"Я ихЪ считаю (отвѣчала она), и не имѣю еще вашей твердости." — 22 6
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4