220 Извините, милостивая государыня— ска- еалѣ я подѣѣхавѣ кѣ окну—извините минутное движеніе горести и нетерпѣнія, и не заставляйте меня краснѣться, говоря о моихѣ благодѣяніяхѣ: что я еще для васѣ сдѣлалѣ? Вы, вы обязали меня навѣкѣ вашими милостями, и я готовѣ пролить всю кровь свою вѣ знакѣ благодарности! Прибавьте кѣ нимѣ еще одну милость ; дозвольте мнѣ посвятить вамѣ жизнь мою, которая безѣ того будетѣ несносна вашему рыцарю! Не правда ли, сестрица, что ты воскре- еила Амадиса? сказалѣ Деонсѣ, шутя надо мною. Доброй молодой человѣкѣ! чт о тыдумалѣ? что сдѣлалѣ? ВЪ какія сѣти замацидѣ насѣ обоихЪ? "Рыцарь! отвѣчала она, стараясь сѣ величайшею пріятностью подражать языку древности; "ваши права на мою благодарность, на мое почтеніе, любезны для меня и святы. Я принимаю честь, которую вы мнѣ дѣлаете; и буду всегда брать искреннее участіе вѣ судьбѣ и вѣ сдавѣ храбраго ДонЬ- Формоза." Прекрасно! сказалѣ Деонсѣ: иной подума- етѣ, что вы знаете наизусть всѣ старинные романы. Валерія, произведя нѣжнымѣ своимѣ голосомѣ неописанное движеніе вѣ сердцѣ моемѣ; (поклонилась мнѣ*—и закрыла окно.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4