и такѣ ужасна, тогда она не имЪетъ нужды вЪ нежныхъ выраженіяхъ. ВЪ горести и замѣшательствѣ своемЪ не знадЪ я, на что рѣшиться, и не иаходилЪ вЪ себѣ ни столько жестокости, чтобы оставить невинность 6-езЪ оправданія, ни столько твердости, чтобы открыть стыдѣ слабой женщины, которая мнѣ ввѣрилась. .Напрасно мучился, напрасно искалЪ безпорочнаго средства вытти изЪ ужаснаго своего положенія—-нигдѣ, и. ни въ чемъ ненаходилЪ* его! Мрачное уныніе овладѣло моею душею; спокойствіе для меня исчезло. Я безпрестанно колебался въ сомиѢніяхЬ , и не могЬ ничего сдѣлать сто разъ рѣшился быть твердымЪ и сііраведливымI), и сто разъ доброе мое намѣреніе разрушалось отъ мысли о, всѢхЪ сшрашныхЬ слѢдсшвіяхъ такого поступка.. МнѢ нетерпѣливо хотѣлось знать, нашли, ли Луизу. Я сказалъ бы ей все, ей и отцу ея: не пожалѢлъ бы ничего для, искренняго, примиренія съ ними и для собственнаго моего спокойствія; и отдалЬ бы все свое имѣніе за то , чтобы они позволили мнѣ молчать. Но я узналЪ кЪ горести. своей, что обЬ ней не было никакого слуху.. Тщетно воинскія должности , отзывая меня вЪ поле, обѣщали разсѣять мою печаль; тоска и безпокойство были вездѣ со мною., Я почти, созсѢмъ не зналЪ бѣдрой Луизы , и 235
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4