172 — кая трансцендентность). Всякая метафизика возникаетъ какъ результатъ попытокъ разума вытти за предѣлы опыта однимъ изъ этихъ путей. Самъ Вундтъ хочетъ держаться скорѣе перваго пути. По его словамъ, бытіе въ цѣломъ ставитъ предъ нами дилемму:— признать его или матеріальнымъ, или же духовнымъ единствомъ. Не можетъ подлежать сомнѣнію, въ какую сторону долженъ склониться нашъ выборъ. Такъ какъ состоянія нашего сознанія суть единственно безспорные факты нашего опыта, то въ нихъ мы и должны искать послѣдняго мірообъясеяющаго принципа,— т. е. мы должны все бытіе мыслить какъ духовное единство. Помимо ссылки на факты внутренняго опыта, это чисто идеалистическое положеніе гармонируетъ и съ вышеизложенными принципами гносеологической теоріи Вундта, самое понятіе внѣшняго объекта разсматривающей какъ продуктъ абстрагирующей дѣятельности сознанія. Навстрѣчу ему идутъ, наконецъ, и результаты психо-физіологическихъ изслѣдованій философа. Вундтъ не раздѣляетъ теоріи психо-физическаго параллелизма. По его мнѣнію, это — лишь предварительная гипотеза, которая при дальнѣйшемъ углубленіи въ природу психическихъ процессовъ должна уступить мѣсто другой точкѣ зрѣнія на взаимныя отношенія духа и матеріи. Прослѣживая шагъ за шагомъ развитіе психическаго начала отъ низшихъ его ступеней до высшихъ, мы оказываемся вынужденными допустить, что эта лѣстница ступеней подготовляется и возникаетъ еще въ безсознательной природѣ. Уже это одно даетъ намъ право разсматривать всю дѣйствительность какъ процессъ саморазвитія духа. Но Вундтъ идетъ еще дальше. Анализъ психическихъ— и въ частности познавательныхъ процессовъ приводитъ его къ мысли, что сущность и самого духовнаго начала еще ближе можетъ быть опредѣлена какъ воля. Отличительную особенность душевныхъ процессовъ, по мнѣнію Вундта, составляетъ то, что они сплошь актуальны. Каждое данное психическое содержаніе есть процессъ, т. е. дѣйствіе, состоящее въ постоянномъ взаимодѣйствіи съ другими процессами. Далѣе философъ указываетъ на то, что актъ связыванія въ одно цѣлое отдѣльныхъ элементовъ нашего внутренняго опыта, составляющій основной фактъ психическаго процесса, совершается въ такой формѣ, что продуктъ этой связи всегда представляетъ изъ себя нѣчто большее, чѣмъ простую, ариѳметическую сумму данныхъ элементовъ. Это относится ко всѣмъ-какъ высшимъ, такъ и низшимъ психическимъ процессамъ. Взаимодѣйствіе, напр., зрительныхъ, осязательныхъ и двигательныхъ ощущеній даетъ въ результатѣ совершенно новое психическое образованіе:—представленіе пространства. Взаимодѣйствіе верхнихъ и нижнихъ тоновъ порождаетъ воспріятіе тембра, т. е. создаетъ такой новый психическій фактъ, котораго даже и по частямъ нѣтъ въ ощущеніяхъ отдѣльныхъ тоновъ. Все это свидѣтельствуетъ о томъ, что психическіе процессы суть проявленія дѣятельности воли и притомъ воли въ извѣстномъ смѣілсѣ творческой (теорія апперцепціи). Вундтъ придаетъ настолько важное значеніе этому положенію, что, не возражая противъ закона постоянства энергіи въ физическомъ мірѣ, онъ въ то же самое время говоритъ о непрерывномъ ростѣ энергіи въ области психической,— то есть, онъ предполагаетъ здѣсь дѣйствіе принципа, представляющаго діаметральную противо-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4