— 165 какъ обусловленный все тою же психо-физической организаціей способъ познавать вещи, и что, слѣдовательно, мы имѣемъ полное право усумниться въ его объективной правомѣрности. Въ окончательномъ итогѣ Ланге находитъ, что одно только можно съ полнымъ правомъ сказать о „вещи въ себѣ“: а именно, что это есть „предѣльное понятіе“, съ необходимостью вытекающее изъ самой природы нашего мышленія и отмѣчающее границу нашего познанія. Мысль объ относительности познанія положена Ланге въ основу подробно развитой имъ теоріи науки. Главный тезисъ этой теоріи заключается въ томъ, что границы точной науки должны совпадать съ границами механическаго объясненія явленій. Это положеніе, еще разъ свидѣтельствуя о томъ, что научныя симпатіи Ланге всецѣло лежатъ на сторонѣ только что отвергнутаго имъ (въ качествѣ философской теоріи) матеріализма, не составляетъ однако послѣдняго слова его философскихъ исканій. Подобно тому какъ Кантъ искалъ въ „Практическомъ разумѣ“ отвѣта на вопросы, предъ которыми въ безсиліи останавливается „Чистый разумъ“, такъ и Ланге ищетъ восполненія научнаго познанія въ духовномъ творчествѣ человѣка. Онъ утверждаетъ, что рядомъ съ потребностью объяснять данную дѣйствительность аналитически,— сообразно съ научными законами, въ людяхъ также глубоко заложена и потребность синтеза. Эта потребность находитъ свое выраженіе въ томъ, что человѣкъ пытается внести единство и гармонію въ непосредственно воспринимаемую имъ дѣйствительность, а также и въ томъ, что онъ, не довольствуясь этой дѣйствительностью, устремляется за ея предѣлы и тамъ, въ созданномъ имъ идеальномъ мірѣ,—ищетъ ея восполненія. Въ этомъ порывѣ въ область идеала выражается высшая, этическая сторона человѣческаго существа; „и критическое изслѣдованіе, пріводящее къ убѣжденію, что наша дѣйствительность не есть абсолютная дѣйствительность, а всего лишь явленіе, не только не разрушаетъ, но даетъ новуюсилу этому идеальному стремленію человѣческаго духа". Результатомъ его является вѣра въ то, что рядомъ съ міромъ феноменовъ существуетъ міръ „ноуменовъ". Будучи не въ силахъ познать истинную природу этихъ ноуменовъ, ни даже теоретически обосновать самую возможность ихъ существованія, мы тѣмъ не менѣе представляемъ ихъ себѣ какъ вещи, которымъ принадлежитъ высшая, абсолютная дѣйствительность. Продуктами духовнаго творчества человѣка, питающагося вѣрой въ идеалъ, являются: философія, искусство, нравственность и религія. Первая, по мнѣнію Л анге, всего меньше удаляется отъ принциповъ эмпирическаго изслѣдованія явленій. Подобно наукѣ, философія стремится къ цѣлостному изображенію того, что дано памъ въ дѣйствительности, іі вся разница между ними заключается въ томъ, что во второй, какъ болѣе свободной „отъ путеводнаго принужденія принциповъ опыта", больше индивидуальнаго и субъективнаго элемента, чѣмъ въ первой. Искусство и особенно поэзія есть уже творчество въ болѣе тѣсномъ смыслѣ этого слова. Здѣсь человѣкъ иногда совсѣмъ покидаетъ почву дѣйствительности и пользуется миѳомъ, чтобы облечь въ слова „невыразимое“. Сущность нравственности заключается въ томъ, что
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4