— 119какъ Спиноза мыслитъ абсолютное основаніе бытія какъ единую субстанцію, по отношенію къ которой духъ и матерія являются лишь двумя изъ безконечно большого числа другихъ ея аттрибутовъ,—Шеллингъ не безъ вліянія Фихте, а также и Канта, опредѣляетъ его какъ Абсолютный Разумъ, хотя при этомъ и предпочитаетъ называть его просто „Абсолютнымъ“ . Идеалистическая тенденція Шеллинга обнаружилась, такимъ образомъ, въ томъ, что понятіе „духа“ заняло и въ его пантеистической системѣ первенствующее мѣсто. Другое, еще болѣе существенное отличіе его отъ Спинозы состоитъ въ томъ, что онъ, въ прямую противоположность этому мыслителю и совсѣмъ ужъ въ духѣ Канта, видитъ въ проявленіяхъ абсолютнаго начала не простую логически-мэтематическую необходимость, а телеологическій процессъ. Все, что ни существуетъ,— есть, по Шеллингу, строго-послѣдовательное саморазвитіе абсолютнаго начала бытія, цѣль котораго заключается въ полнотѣ выраженія этого начала и въ его самоопознаніи. Шеллингъ пытается конкретными чертами охарактеризовать этотъ телеологическій процессъ развитія „абсолютнаго" въ формахъ природы и духа. Первая, — т.-е. природа, въ его изображеніи является какъ бы „дремлющимъ духомъ". Она проходитъ черезъ три ступени развитія, прежде чѣмъ возвысится до духа, какъ сознанія. Шеллингъ называетъ эти отдѣльныя ступени въ развитіи матеріальной природы — „потенціями“ и пріурочиваетъ ихъ къ дѣйствію ея различныхъ силъ. Характернымъ выраженіемъ первой потенціи служитъ сила тяжести. Свѣтъ, магнетизмъ, электричество и химическіе процессы образуютъ вторую потенцію. Органическая жизнь, проявляющаяся какъ система процессовъ, служащихъ другъ для друга и цѣлью и средствомъ, представляетъ третью потенцію. Въ чувствительности, свойственной организмамъ, дремлющій духъ природы впервые какъ бы пробуждается, и отселѣ жизнь міра становится уже жизнью духа. Въ развитіи этой жизни Шеллингъ точно также различаетъ три потенціи: — познаніе, дѣйствіе и искусство. Послѣднее Шеллингъ опредѣлялъ какъ способность художественнаго созерцанія и видѣлъ въ немъ высшую форму духовной жизни,—высшую даже по сравненію съ философіей. Чего не въ силахъ выразить мышленіе, то открываетъ человѣку искусство. Все, являющееся разрозненнымъ въ природѣ и исторіи, въ искусствѣ впервые постигается какъ вѣчное единство абсолютнаго основанія всякаго бытія. Усвоивши такую точку зрѣнія, Шеллингъ полагалъ, что оиа должна быть руководящей и для всѣхъ видовъ научнаго изслѣдованія. Природа, по его словамъ, и для естествоиспытателя должна быть великимъ организмомъ, въ которомъ онъ долженъ прослѣдить единство внутренной жизненной связи *) Послѣдній періодъ философской дѣятельности Шеллинга характеризуется какъ уже было замѣчено, усиленнымъ интересомъ къ религіозной проблемѣ *) Изложенныя мысли Шеллинга оказали очень сильное вліяніе не только на современныхъ ему, а также и позднѣйшихъ „натурфилософовъ*, но и на нѣкоторыхъ профессіональныхъ представителей естествознанія. Изъ висла первыхъ слѣдуетъ назвать Окена, а изъ вторыхъ—Агсіссица.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4