— 109 — ваясь на томъ, что всѣ такія сужденія высказываются съ притязаніемъ на общегодность, утверждаетъ, что лежащая въ ихъ основаніи сила есть такая же первоначальная функція разума, какъ и разсудокъ съ волей, а потому онъ считаетъ возможнымъ и для нея установить „апріорныя“, т.-е. всеобщія и необходимыя формы. Такихъ формъ для рефлектирующей силы сужденія Каетъ указываетъ двѣ: —- эстетическую и телеологическую. Если критеріемъ рефлектирующаго сужденія служитъ интуиція непосредственнаго воспріятія цѣлесообразности предмета, то въ такомъ случаѣ сужденіе о немъ является эстетическимъ. Кантъ называетъ это интуитивное воспріятіе цѣлесообразности предметовъ еще иначе—субъективнымъ. Субъективная цѣлесообразность дается намъ непосредственно при созерцаніи предмета—въ томъ чувствѣ удовлетворенія, которое возбуждаетъ въ насъ созерцаемый предметъ, и которое происходитъ только отъ гармоническаго соотношенія между формою предмета и нашею способностью созерцанія. Это чувство само по себѣ, прежде всякаго изученія предмета, показываетъ намъ, что послѣдній соотвѣтствуетъ тому, чѣмъ онъ долженъ быть. Напротивъ, если критеріемъ сужденія о цѣлесообразности предметовъ служитъ предварительно составленное понятіе о нихъ, то такое сужденіе называется телеологическимъ, а утверждаемая имъ цѣлесообразность— „объективной цѣлесообразностьюКантъ относитъ къ телеологическимъ всѣ такія сужденія, посредствомъ которыхъ мы мыслимъ всякую данную вещь такой, какъ если бы она осуществляла цѣль, которую ей ставитъ разумъ, хотя бы и не нашъ. По отношенію къ царству органической природы дѣятельность телеологической силы сужденія, въ частности, проявляется въ томъ, что, не довольствуясь механическимъ объясненіемъ, она истолковываетъ ее съ точки зрѣнія извѣстныхъ цѣлей и въ этихъ цѣляхъ находитъ ключъ къ пониманію и ея отдѣльныхъ частей, и ихъ взаимоотношеній. Извѣстно, кромѣ того, что хотя тѣ общіе законы, которыми мы объясняемъ вещи,— согласно Канту суть не больше какъ правила, предписанныя нашимъ разсудкомъ природѣ, однако въ каждомъ эмпирически данномъ явленіи всегда есть элементы, которые не могутъ быть а ргіогі опредѣлены съ точки зрѣнія этихъ общихъ законовъ. А между тѣмъ этотъ специфическій характеръ каждаго отдѣльнаго явленія есть тоже фактъ, требующій для себя объясненія, согласно закону причинности. Телеологическія сужденія и идутъ на встрѣчу этому требованію. Принципъ ихъ состоитъ въ томъ, что и все случайное, индивидуальное въ единичныхъ явленіяхъ разсматривается нами такъ, какъ будто и оно заранѣе было опредѣлено разсудкомъ. Изложенныя мысли имѣли важное значеніе для Канта прежде всего въ томъ отношеніи, что онъ построилъ на нихъ свою теорію эстетики, вліяніе которой сказалось на такихъ геніальныхъ представителяхъ искусства, какъ Гёте и Шиллеръ. Но еще важнѣе были тѣ конечные результаты, которые извлекъ Кантъ изъ ученія о силѣ сужденія для того, чтобы еще разъ подтвердить ими возможность положительнаго рѣшенія великаго вопроса объ отношеніи эмпирическаго и умопостигаемаго міровъ. Вѣрный гносеологической точкѣ зрѣнія, развитой въ „Критикѣ чистаго разума“, Кантъ отказался и въ принципѣ цѣлесообразности, служащемъ основаніемъ для эстетическихъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4