поразившей сердце, К. Ѳ. 30-го октября скончался (36 лѣтъ отъ роду), не смотря на всѣ усилія его товарищей спеціалистовъ сохранить молодую жизнь. Безвременная смерть его вызвала глубокую скорбь какъ среди его соработниковъ—профессоровъ, такъ и среди студентовъ. Праху усопшаго товарища и наставника оказаны были подобающіе знаки почтенія. На гробъ были возложены вѣнки отъ Университета, отъ медицинскаго факультета, отъ фармацевтовъ, отъ сотрудниковъ лабораторіи, отъ родныхъ и друзей. Часть собранныхъ профессорами и студентами на вѣнки денегъ, въ память добраго человѣка, была пожертвована въ кассу попечительства о голодающихъ. Осиротѣвшая семья покойнаго (жена и трое мальчиковъ) была окружена трогательнымъ вниманіемъ всѣхъ, кто зналъ и цѣнилъ К. Ѳ. Обрядъ отпѣванія былъ совершенъ въ университетской церкви, въ присутствіи многочисленныхъ представителей университетской корпораціи и студенчества. Надъ гробомъ было произнесено много рѣчей, въ которыхъ сослуживцы и ученики оцѣнивали дѣятельность покойнаго. Профессоръ богословія Смирновъ, совершавшій отпѣваніе, характеризовалъ въ своемъ словѣ К. Ѳ. какъ человѣка, и христіанина въ лучшемъ значеніи этихъ слонъ. Предшественникъ покойнаго по каѳедрѣ, заслуженный профессоръ И. М. Догель, говорилъ о немъ, какъ о поборникѣ науки, успѣвшемъ громко заявить о себѣ въ ученомъ мірѣ п готовомъ оправдать самыя смѣлыя надежды. Рѣчь убѣленнаго сѣдинами профессора, который былъ, такъ сказать, воспріемникомъ молодого ученаго въ храмѣ науки, была произнесена сквозь рыданія и произвела потрясающее впечатлѣніе на присутствующихъ. Маститый старецъ, видимо, искренно и горячо любилъ своего юнаго коллегу; онъ сѣтовалъ на несправедливость судьбы, такъ жестоко распорядившейся молодой жизнью, когда очередь была за нимъ, свершившимъ уже все земное. „До свиданья, юный другъ!“, заключилъ И. М. свое прощальное привѣтствіе собрату, провожай его въ горній міръ. Съ лучшей стороны рисовали ученую дѣятельность К. Ѳ. и врачи (Котеловъ и Мигаловскій), и студенты. Они видѣли въ покойномъ научную силу, незамѣнимо дорогую для университетской аудиторіи, крупную, выдающуюся величину въ профессорской семьѣ и—человѣка съ рѣдкими въ нашъ вѣкъ качествами души. Въ сознаніи питомцевъ, какъ слышалось въ ихъ рѣчахъ, образъ покойнаго профессора получилъ опредѣленныя очертанія: на лицѣ неизмѣнно ласковая, привѣтливая улыбка, въ глазахъ энергія и умъ. Въ стихахъ, посвященныхъ его памяти, звучатъ тѣ-же ноты признательности юношей за серьезное руководительство въ наукѣ п безпримѣрно доброе отношеніе. „ Погибъ прекрасный человѣкъ“—вотъ заключительныя слова и основная мысль стиховъ. Изъ ряда рѣчей въ своемъ распоряженіи мы имѣемъ только двѣ, которыя достаточно освѣщаютъ значеніе дѣятельности покойнаго К. Ѳ. Первая принадлежитъ декану медицинскаго факультета, проф. В. И. Разумовскому. Вотъ что сказалъ этотъ оффиціальный судья научныхъ успѣховъ покойнаго. „Дорогой товарищъ! Не хочется вѣрить, мириться съ мыслью, что ты, еще какихъ нибудь 2 недѣли тому назадъ полный жизни, энергіи, теперь покинулъ насъ на вѣки. Потерю за потерей, ударъ за ударомъ приходится
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4