дом, выясняется, что Шура не ночевал дома. Его матушка, пожилая уже женщина, кипит и топает ногами, негодуя. «Где ты был? Где ты был всю ночь?» Саша выпячивает и без того рыбьи глаза и начинает отстаивать независимость: «Флуфай, мам! Ну фто ты фумифь, как фкоровар- ка? Я не хофьу и не фобираюфь ругатьфя. Флуфай, мам! Я жрать хофьу! У наф ефть фто пожрать?» На маму такая упертость в ереси действует каталитически: «Ты где был?» «Флуфай, мам! Я был у Олега Фахарова на открытии выфтафки!» «Что, всю ночь?» «Ну, да. Мы выпивали там. Был фурферт. Я ел икру и пил фам- панфкое. Ну и крафную рыбку». «Да ты должен был наесться на неделю вперед! Почему ты сейчас голодный?» «Флуфай, мам! Ну я же не жлоб там какой-то... Я выпил фужер фампанского, фъел куфофек крафной рыбки, выпил коньяфку половинку бутылофки, попробовал бутербродик с икоркой... А потом в меня влили бутылку водки... Флуфай, мам! Я жрать хофьу!» На свадьбах Шурик любил комментировать подарки гостей и крики «Горько» своим неподражаемым беззубым шелестящим говорком: «Фтриптиф какой-то. Право! Фтриптиф! Фмотри, фтобы фуфло не впарили!» Однажды, женился наш общий друг и мы, иногородние гости, понятное дело, собирались у Сани — так было проще не заблудиться и организованно сгуртоваться. Я приехал одним из последних, буквально часа за три до росписи молодых. Сразу рванул к Саше. Звонить пришлось долго. За дверью долго гремели каким-то стеклом и сопели. Наконец дверь открылась. Санька был не сильно трезв и изрядно опухший. По полу катались разнокалиберные бутылки. Впрочем, выбрит он был отлично, только изрядно мят. За его спиной виднелся диван, на котором спал наш приятель Руслан. Руслан выглядел несколько похуже. 46
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4