Незнакомец ухмыляется и первым начинает разговор: «Вы, люди, совершенно ничего не понимаете в кай- фах. Ваше сознание настолько зашорено стереотипами, что ожидание удовольствия в намеченной точке бытия напрочь давит и отравляет само эфирное тело эйфории, ибо она создается в вашем сознании, а сознание гораздо шире вашего тела. Вы же пытаетесь закупорить это чувство, точно скупец капитал, а между тем, без проветривания монады счастья задыхаются, ибо они театр, а театру нужна смена зрителя. Выпусти на волю своего зажатого божка! И новый бог вернётся к тебе, возмужав и проникнувшись благодарностью к тебе, как рассудительному мужу! Но вы никогда этого не делаете! Потому что вы, люди, ни хрена не понимаете в кайфах!» Мужик замолчал и зло сплюнул под ноги. Я понял, что чем-то его жестоко обидел. Совсем робко, даже не надеясь, а только оправдываясь, я проблеял: «А вы? Вы понимаете? И можете ли научить кого-то ещё, пусть тайно, но понятно и доходчиво?» Мужик брезгливо пожал плечами, помедлил малость и ответил: «Это не сложно. Встань на карачки и провези рылом по асфальту. Уверяю, для освобождённого сознания это будет нечто!» Я закусился и рассмеялся. Уж мне ли не знать, что мордой об асфальт совсем не радостно! Мужик снова пожал плечами и исчез, слегка колыхнув летний душный воздух. А меня тяпнул червь сомнения. Причем довольно активно. Он начал с маленьких дегустаторских порций. Потом куснул смелее с видом гурмана. Затем урвал кусочек побольше. Еще через мгновение гнусный червь жрал меня, точно голодный пролетарий. Я оглянулся: нет ли кого вокруг? Потом аккуратно встал на колени, поёрзал по асфальту, чтобы отдельные камушки не впивались в чашечки, и совершенно удивлённо 245
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4