Это был шестой или седьмой обвинительный акт за тот день, поэтому я не стал тратить время на адвоката: — Да на кой хер мне эти спички, если у меня зажигалка? Бабуля впала в логическую истому: — Вот и я думаю... Зачем тебе спички? Ночами она могла начать патрулировать квартиру на своей танкетке, вооружившись туристическим топориком. Иногда пробиралась к моей кровати и беспардонно шарила по ней: — Куда подевал?! Куда она подевалась?! Успел?! Выпустил?! — Кого? Куда? Вы хоть представляете, сколько времени? — Соседку! Я слышала, как ты её ночью впустил! Знаю, что ты её по ночам сюда таскаешь! А она и рада, что кавалера нашла! Я вспоминал алкашку-соседку на пару лет младше моей бабули, её трясущуюся голову и анекдоты среди жильцов дома о её былых похождениях, закончившихся в венерологическом диспансере принудительным лечением. Последняя соседская гастроль закончилась, думаю, ещё в годы моего детства, но как доказать следствию своё алиби? Ситуацию следовало разрулить быстро и немедленно, ибо спать хотелось очень: — Да на кой черт мне эта кочерга старая, когда молодые косяками ходят?! Бабка давала сбой, хотя затруднение длилось доли секунды: —Да ведь вам, мужикам, опытные-то лучше! Иногда в ее дремотных мозговых закоулках случались просветы. И детектив отступал, сменяясь историями, полными странного лиризма... В Новый год, устав от «Огонька», салатов, слушая одновременно и телевизор, и бабкино камлание, сидя к 158
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4