логий берег мазанок, возвышаются два обветшавших христианских храма. Их четырёхконечные кресты склонились в сторону опускающегося солнца. Ещё во времена хана Батыя здесь были два русских торговых селища. И на восходе солнца отражались в воде их бревенчатые рубленые избы. У сохранившихся с тех времён каменных и деревянных останков пристани, как и в прежние времена, раскинулся крикливый разноязыкий базар. Здесь, на стыке миров и культур, купцы русские, восточные и европейские предлагают свои товары. Некоторые знакомы по торговле на владимирском и московском базарах. На великом волжском торговом пути «из варяг в греки» в ходу по известным курсам все арабские, персидские и европейские золотые монеты. В размен идёт весовое русское рубленое серебро - резаны, гривны, рубли, деньги и лёгкие тонкие европейские серебряные круглые монеты брактеаты. Цены исчисляются и в ногатах, и сменяющих их белах - беличьих шкурках. Достаточно присмотреться к причаленным ладьям, громоздким учанам, низкобортным плоскодонным стру- гам, челнам, шитикам, лодкам, плотам, чтобы понять их назначение и откуда они прибыли. Разномастна и публика. Выделяются гордые, одетые в укороченные кафтаны и кожаные сапоги русскоговорящие бородатые варяги - великоновгородцы. У каждого, коли не на поясе, то за голенищем сапога нож. К ним особое отношение. Они не завоёвывались Ордой и расплачиваются за товары своими монетами. Тут же кучками располагаются прибывшие рабы под охраной надсмотрщиков с плетьми в руках. Тес- нятся степняки в засаленных халатах при телегах с товарами, цыганские кибитки, нищие скоморохи, не имеющие права заходить в город. За телегами с верёвочными загонами скот: верблюды, лошади, коровы, овцы, козы. Лицо известной ведуньи посерело. В глазах блеснул огонь, вы- давший непокорный русский характер. Здесь, на берегу Александр МОРОЗКИН Щ & ТАРТАРИЯ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4