лисиц, хорьков, куниц, горностаев, белок, зайцев. При воде царствуют бобры, норки и выдры. Любые возвыше- ния, где можно сделать норы и плотины при них, исполь- зуют трудяги-бобры. Заросшие мелководья и кочкарники испещрены их углублёнными каналами. В них и в грязе- вых ямах нежатся отъедающиеся кабаны. Словно овцы, пасутся в ягодниках близ мелководий серые журавли, со- седствуя с цаплями. Олени и лоси здесь ведут себя по- особенному: от волков, рысей и немногочисленных росо- мах они укрываются, заходя в воду. Единственная напасть у них, от которой приходится скрываться в тёплый сезон бегством, - это огромные бурые медведи. Но при обилии ягод и рыбы они, обленившись, не преследуют крупную добычу. Едва заслышав людей, приближающихся по от- меченному вешками болотному пути, всё живое укрывается в кустах и травостоях. Лошади, учуяв диких крупных собратьев, словно оповещая о степени опасности, реаги- руют на них избирательно, по-разному. Жизнь на болотах от других мест отличается некой таинственной тишиной. Мхи, ягодники, травы, водоросли и кустарники скрадывают, приглушают звуки. Окутывающая сознание людей глухота не остаётся для зверья незамеченной. Словно в заколдованном мире иной реальности, они смелеют, подпуская людей вплотную. Неужели обручнели? Нет. Их восприятие и человека в первоздан- ных дебрях строится на кажущемся доверни. Они, как и проживающие на болотах люди, вынуждены были покинуть некогда принадлежавшие им более удобные угодья. Следующим в глубину этих девственных дебрей людям открываются картины сжатого болотами сухого жизнен- ного пространства. Вольготно поедая на полянах всё, что выросло, созрело и перезрело, пасутся стада домашнего скота, табуны лошадей. Овцы на лесистых суходолах кормятся желудями. Настырные козлы заводят коз и молод- няк по кочкарникам и валежинам на островки. И те, объа: о_ < о_ < 241 го Оо. О о . іпз иас 0) <
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4