* * * Мѣсяцъ свѣтитъ серебромъ, Серебрится тополь въ полѣ. Ты въ теплицѣ, ты въ неволѣ— Подъ запоромъ, подъ замкомъ... Ты-не ласточка, нс птица. Крыльевъ нѣтъ въ твоей спинѣ, И при солнцѣ и лунѣ Стережетъ тебя теплица. Не уйдешь на серебро, Не окинешь поле взоромъ— Угасаютъ подъ запоромъ И мечтанья и добро. И въ тоскѣ своей неволи То творишь молитву ты, То не вѣруешь въ мечты, А душа застыла въ боли. И, когда собьютъ запоръ, Ты не будешь воли рада. Скажешь: „мнѣ теперь не надо, Не влечетъ меня просторъ. Расплылось сѣдымъ туманомъ Серебро моей весны... Мы для горя рождены, А живемъ однимъ обманомъ*... * * * Ты не пріѣхала... И было такъ печально... Глухой тоской звучалъ вечерній звонъ. Снѣгъ бился въ воздухѣ покорно и фатально II на землѣ, впадалъ въ усталый сонъ. Весна была близка .. Но темной пеленою Закрылася вечерняя заря... Чуть брезжили огни вдали передо мною И таяли, прерывисто горя .. II въ сумеркахъ души послѣднимъ блѣднымъ свѣтомъ Чуть искрились угаснувшіе дни, И будто плакали,—какъ въ грустномъ полѣ этомъ Печальные и тусклые огни...
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4