Я лучистое солнце люблю, Его свѣтлый и рдѣющій зной. Какъ язычникъ его я молю, Чтобы было И нОЧью со мной. Я люблю бѣлый пологъ снѣговъ, И снѣжинки, и бурю въ морозъ, И волненья живыхъ ручейковъ Съ бѣлыхъ, зимнихъ, растаявшихъ косъ. И грозу, и раскатистый громъ, И угрозу нахмуренныхъ тучъ, И за лѣтомъ, какъ грустно кругомъ,— Въ небѣ робкій, негрѣющій лучъ. И люблю я на женскомъ лицѣ Прочитать отзвукъ чистой мечты О далекомъ, безвѣстномъ концѣ, О странѣ, гдѣ не вянутъ цвѣты. II глубокую муку и боль Въ окруженныхъ кругами глазахъ, И боренье двухъ трепетныхъ воль, II больную печаль на устахъ. Я люблю приступъ мыслей и думъ, И безсонныя ночи спои,— И когда безгранично угрюмъ, И когда въ сердцѣ жало змѣи. Жизнь люблю я и все—все, что въ ігей Безудержно, безкрайно любя. Но сильнѣй даже жизни своей Я люблю лишь одно—лишь тебя. ВЕСНОЙ. Надъ угрюмой, тяжелой громадой Молчаливыхъ, какъ тюрьмы, домовъ— Дразнитъ чистое небо отрадой Новыхъ, лучшихъ, невѣдомыхъ сновъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4